Боевые дельфины

Автор:
Слепой Пью
Печать
дата:
30 апреля 2015 16:24
Просмотров:
2185
Комментариев:
2
Боевые дельфины

Дельфин-фотограф пользуется камерой, выдерживающей глубины
свыше 100 м. Животное умеет правильно направлять объектив на
цель, замирать и только в этот момент спускать затвор


Считается, что человек обладает самым крупным мозгом на Земле относительно массы тела. При массе 100 кг его мозг весит 1,5 кг. Похожее соотношение и у дельфинов. Мозг дельфина-белобочки с массой тела 50–100 кг весит около 1 кг. А афалины – почти 2 кг! (Мозг 100-кг акулы весит всего несколько десятков граммов)

Ни для кого не секрет, что война – двигатель прогресса. Для достижения военного превосходства люди готовы использовать любые средства, даже привлекать на свою сторону животных. В результате на свет появились совершенно уникальные подразделения дельфинов-диверсантов.


Идея о превращении морских млекопитающих в солдат возникла не где-нибудь, а в России. Еще в 1915 году в Генеральный штаб ВМФ обратился дрессировщик Владимир Дуров, который предложил обезвреживать подводные мины с помощью тюленей. Военное министерство заинтересовалось, и за три месяца в Балаклавской бухте были обучены 20 животных. Во время показательных тренировок они легко обнаруживали под водой муляжи противокорабельных мин и помечали их специальными буйками. Но применить тюленей в боевых условиях так и не удалось. Немцы были обеспокоены появлением необычного спецподразделения, и однажды ночью все «морские саперы» были отравлены. Военная контрразведка начала расследование этого темного преступления. К сожалению, завершить его не удалось. Грянула революция, и дело о гибели боевых тюленей закрыли. С приходом к власти большевиков возникла опасность того, что секретная методическая литература по подготовке ластоногих диверсантов окажется у врага, поэтому большая часть документов была уничтожена.

Боевые дельфины


Истребители диверсантов


Повторно к приручению морских млекопитающих и использованию их в военных целях люди вернулись полвека спустя, во время Вьетнамской войны.

На этот раз колоссальных успехов достигли американцы. Наряду с тюленями и морскими львами они стали привлекать к подводной работе дельфинов. Первым их боевым крещением стало патрулирование крупнейшей военно-морской базы США во Вьетнаме – Камрани. К 1970 году в операции «Быстрый поиск» участвовало шесть животных, обученных на базе Сан-Диего. Обитатели моря помогли поймать свыше 50 пловцов-диверсантов, пытавшихся прикрепить к бортам американских кораблей магнитные мины. Причем, как утверждали военные, бывали случаи, когда морские львы самостоятельно уничтожали пловцов при помощи закрепленных на носу ножей или игл с ядом. По рассказам бывших спецназовцев Черноморского флота, в то время погибли два советских аквалангиста-подрывника.

Очевидно, это и вдохновило советских специалистов на возобновление работ с морскими животными. В 1967 году в Казачьей бухте Севастополя был открыт первый советский военный океанариум. На довольствие было поставлено 50 дельфинов-афалин. В 1970-х к работам подключилось несколько десятков научных институтов СССР. «Дельфинов и тюленей готовили по нескольким направлениям: охрана и патрулирование местности, уничтожение диверсантов, поиск и обнаружение тех или иных подводных объектов», – рассказывает главный военный тренер Севастопольского океанариума Владимир Петрушин.

Обучение проходило по давно наработанным шаблонам: действие – подкрепление. У животных вырабатывались навыки нужного поведения. За выполнение задания они получали рыбку. Однако, поняв смысл происходящего, дельфины проявляли инициативу и сами предлагали те или иные алгоритмы сотрудничества. Вскоре удалось добиться неплохих результатов.

Боевые дельфины


«Я присутствовал на военных учениях, когда дельфины занимались поиском диверсантов в Севастопольской бухте, – рассказывает руководитель группы морских млекопитающих НИИ проблем экологии и эволюции РАН Лев Мухаметов. – Зрелище незабываемое. Вход в порт там очень узкий, всего 700 м. На берегу стояли постоянные клетчатые вольеры, в которых и содержались животные. Афалины при помощи своего природного сонара, даже сидя взаперти, способны замечать любой подводный объект на дальности примерно полкилометра. Так вот, обнаружив пловцов, они нажимали на специальную педаль. В воздух поднималась ракета, и раздавался сигнал тревоги. Потом зверь вставал так, что указывал носом примерное местоположение ‘гостя’. После чего он нажимал на другую педаль, и двери вольера открывались. Дельфин несся к нарушителю и обезвреживал его». В сентябре 1973 года Океанариум посетил Главком ВМФ адмирал Горшков, который был приятно поражен увиденным. Морские млекопитающие обнаруживали диверсантов в 80% случаев. Несколько хуже дело обстояло с ночными пловцами – 28–60%. Правда, не выходя из прибрежного вольера. В открытом море вероятность обнаружения приближалась к 100%.

«Скрыться от дельфина просто невозможно, – рассказывает тренер Владимир Петрушин. – Да и сражаться с ним под водой человеку не с руки. Мы регулярно проводили учения. Пловцам ГРУ ставилась задача проникнуть на охраняемую территорию, а мы в это время выпускали животных. В итоге не было ни одного прорыва. Иногда пловцы предпочитали сразу выбираться на старые брошенные буи или волнорезы и грелись на солнышке, пока в зоне «боевых действий» хозяйничали дельфины. Из-за этого возникала масса недоразумений, ведь мы-то считали, что в зоне есть люди, и требовали от животных их искать. А они показывали, что никого нет. И только перед демобилизацией гэрэушники признались, что все это время они просто дурачили командование и не думали выполнять свое задание».

«Вопреки всеобщему мнению севастопольских дельфинов не обучали убивать людей, – продолжает Лев Мухаметов. – В противном случае они бы просто начали нападать на своих, ведь отличить нашего аквалангиста от чужого животному сложно. Поэтому, достигнув цели, они только срывали с диверсанта ласты, маску и выталкивали его на поверхность. Но и этого было вполне достаточно. Тем временем с берега выходил быстроходный катер со спецназом, который и подбирал незадачливого аквалангиста».

Тем не менее боевые средства поражения (ножи, иглы с парализующими или отравляющими веществами и даже пистолеты, надеваемые на нос и срабатывающие при ударе) в арсенале спецподразделений имелись. Но, как показала практика, после атаки со смертельным исходом дельфины переживали сильный стресс и зачастую саботировали дальнейшие приказы, недаром об их доброжелательности по отношению к людям слагались легенды. Поэтому и советские и американские специалисты старались не доводить дело до крайности. Другое дело – морские львы и тюлени. Они без всяких угрызений совести тыкали людей отравленными иглами.

С 1975 года боевой отряд морских млекопитающих заступил на штатное дежурство в севастопольской бухте и совместно с отрядом спецназа нес круглосуточное патрулирование. Каждая смена стояла четырехчасовую вахту, выходя на позиции по специальному каналу у Константиновского равелина. Но служба боевых дельфинов не сводилась только к выявлению вражеских лазутчиков.

Мозг дельфина имеет сложную структуру и очень большое количество извилин коры больших полушарий, – высшего отдела мозга, отвечающего за сложные психические функции. А высокоразвитый мозг – это высокий интеллект, высокоорганизованное, сложное поведение. Дельфины – умелые охотники, заботливые родители, дисциплинированные члены стаи, а если понадобится – умелые ее руководители

Боевые дельфины


Подводный поиск


В марте 1973 года руководство ВМФ получило в распоряжение секретный отчет американского военно-морского центра в Сан-Диего, в котором утверждалось, что за два года американцам удалось обучить группу дельфинов и еще двух касаток находить и поднимать затонувшие боевые торпеды. Подобные опыты тут же стали проводить и в Севастополе. В феврале 1977-го на Черноморском флоте появилось еще одно подразделение – поисковое. Именно оно прославило океанариум и принесло огромную пользу флоту.

«Способности дельфинов успешно искать потерянные предметы поражала наших тренеров, – рассказывает Владимир Петрушин. – Они могли находить даже болты и гайки, показанные когда-то им и потом разбросанные по акватории бухты». Грех было не применить столь выдающиеся таланты на практике, благо и повод для этого был.

На специально отведенных полигонах в Черном море постоянно проходили корабельные стрельбы. И хотя командование предпринимало все меры предосторожности, моряки теряли несколько учебных торпед в год. Найти их аквалангистам было практически невозможно. Потеряв ход, торпеда тонула и тут же зарывалась в глубокий ил. Вот здесь-то и была необходима помощь дельфинов.

«У афалин имеется прекрасный акустический радар, – рассказывает Лев Мухаметов. – При этом он намного совершеннее всех технических устройств подобного характера, что придумал и сделал человек. При помощи эхолокатора животные могут не только находить даже самую мелкую рыбешку в воде, но и заглядывать под землю до полуметровой глубины. И при этом они безошибочно определяют, из чего сделан затонувший объект: из дерева, бетона или металла».

На практике это выглядело следующим образом. Дельфинам на морды надевали специальные рюкзаки с аудиомаяками и буйки с якорями. Обнаружив потерянную торпеду, они подплывали к ней, тыкались носом в грунт и сбрасывали аудиомаяк вместе с буйком. А дальше в дело вступали водолазы.

Как утверждали военные, создание и содержание службы боевых дельфинов в Севастополе окупилось уже через несколько лет. Одна учебная торпеда стоила примерно 200 000 советских рублей, а таких торпед животные спасли сотни! При этом они обнаруживали такие вещи, о которых давным-давно позабыли и сами адмиралы. «Я сам был свидетелем, как во время учений наш дельфин наткнулся на автоматическую мини-подлодку, потерянную еще 10 лет назад, – рассказывает Лев Мухаметов. – Он поставил буек, а когда объект подняли на корабль, то радости военных не было предела, потому как субмарину давно отчаялись найти, списали и получили хороший нагоняй от начальства. А здесь для всех подвернулась удачная возможность исправиться».

В своей специальности поисковые дельфины достигли невероятного мастерства. Они даже освоили подводное фотографирование. Специально для спецподразделения был разработан фотоаппарат, выдерживающий глубины свыше 100 метров. Животных учили правильно направлять объектив на цель, замирать и только в этот момент спускать затвор. Одна из сложностей при подводной съемке состояла в том, что мощная вспышка слепила животных, поэтому пришлось учить их закрывать глаза. Потом по фотографиям можно было легко определить, что за находка лежит на дне и стоит ли тратить силы на ее подъем.

Иногда за помощью к военным обращались и гражданские ведомства. К примеру, по просьбам археологов боевые дельфины искали и находили останки античных кораблей. С их помощью со дна поднимались древнегреческие амфоры и другие предметы старины.

Боевые дельфины


Несостоявшиеся биороботы


Естественно, все эти фокусы требовали недюжинных умственных способностей. «Дельфины очень умные и веселые существа, и всякая работа давалась им легко, – рассказывает заведующий лабораторией НИИ проблем экологии и эволюции РАН Александр Супин. – Некоторые ученые всерьез говорят о наличии у них зачатков разумной деятельности – между тем, военным этот самый ум иногда мешал».

Долгое время аналитики ВМФ вынашивали идею превратить дельфинов в подрывников-смертников, но безуспешно. Каким-то шестым чувством животные понимали, что их хотят послать на верную смерть, и отказывались выполнять команды. Тогда-то военные и задумались: а не превратить ли дельфинов в живых роботов.

«Существующие технологии и технические средства позволяли добиться этого, – продолжает Александр Супин. – Пропуская через определенные зоны мозга электрический ток, можно создать иллюзию громких звуков или световых вспышек. Если вспышка следует с одной стороны, животное пугается ее и плывет в другую. Этим самым и обеспечивается управление его движениями вправо или влево. Так же можно заставить его остановиться или плыть быстрее. Например, в сторону корабля с миной на спине. Но от этих опытов быстро отказались». Слишком уж сложными были операции на мозге. Да и сами ученые в большинстве своем не хотели уродовать зверей и жечь им мозг электричеством. Да и «биороботы» оказались на редкость болезненными созданиями. Очень скоро военные закрыли проект, хотя эксперименты по вживлению в головы дельфинов электродов в чисто научных целях проводились еще долго. К примеру, с их помощью в НИИ проблем экологии и эволюции РАН удалось сделать выдающееся открытие: у дельфинов был зарегистрирован однополушарный сон. Вскоре, однако, все инвазивные (с внутренним проникновением в тело) эксперименты на дельфинах в большинстве стран были запрещены.

В настоящее время ни один уважающий себя научный журнал не опубликует результаты экспериментов, в которых использовались методы, калечащие этих животных.

Боевые дельфины


Гроза Персидского залива


В 1991 году после распада Советского Союза дельфинарий в Севастополе перешел под юрисдикцию Украины. Буквально сразу же все военные эксперименты с животными были прекращены. Сильные тренеры уволились и работают теперь преимущественно в Московском дельфинарии. Оставшийся не у дел океанариум выживал тем, что готовил представления для публики, но ситуация продолжала ухудшаться. В 2000 году в СМИ просочилась информация о том, что три дельфина и одна белуха еще советского призыва были проданы Ирану. Украинские чиновники поспешили заявить, что «чисто в мирных целях».

Между тем в США военные исследования продолжаются. На сегодняшний день на семи специальных базах ВМС США работают по различным программам 250 животных. Из-за все возрастающего давления «зеленых», а также из соображений безопасности все эти эксперименты засекречены, так что известно о них немного. По сообщениям американских СМИ, одно из подразделений уже охраняет акваторию военно-морской базы Кингс-Бэй в штате Джорджия, а в ближайшем будущем планируется использовать их при охране базы Бангор в штате Вашингтон, где дислоцируются подводные ядерные ракетоносцы класса «Огайо».

Выучка членов этого спецотряда была проверена в боевой обстановке в ходе операции «Буря в пустыне». У побережья Кувейта морские животные сначала зачистили территорию от боевых пловцов противника, а потом приступили к обнаружению мин. Во время второй иракской войны дельфинов активно применяли для разминирования иракского порта Умм-Каср. В 2003 году в район Персидского залива было доставлено девять животных. С их помощью в гавани было обнаружено более 100 мин. Совместная служба человека и дельфина, особенно в боевых условиях, сильно сближает их. Люди стремятся оказать почести своим боевым товарищам. За выдающиеся заслуги один из дельфинов по имени Таффи недавно был торжественно произведен в сержанты ВМС США.

Сейчас интерес к боевым дельфинам проявляют Индия, Иран, Израиль и ряд других государств. Между тем, по единодушному мнению сотрудников Института проблем экологии и эволюции, гораздо продуктивнее использовать дельфинов не в военных, а в мирных целях. Например, они могут быть очень эффективны при обследовании подводных сооружений, в частности газопроводов. Дельфин способен заметить любое механическое повреждение или струйку газа, выходящую из трубы, сфотографировать их, закрепить тросы, по которым можно спустить под воду необходимое оборудование. Специалисты института готовы предложить свои услуги по подготовке первого в мире подразделения гражданских дельфинов, в задачи которого будет входить обслуживание и контроль за состоянием европейского газопровода, проложенного по дну Балтийского моря. И кто знает, может быть, использование дельфинов в мирных целях принесет большую пользу науке и откроет двум самым умным биологическим видам на Земле новые пути к полноценному сотрудничеству. А это, согласитесь, гораздо интереснее, чем война.



Сравнительно недавно интернет взорвался новостью о том, что, не выдержав тесного общения с человеком, с тренировочной площадки Государственного Океанариума НД Украины сбежали три вооруженных боевых дельфина.

Поводом для такой информации стал попавший в СМИ «официальный рапорт» руководителя Научно-исследовательского центра Вооруженных сил Украины «Государственный океанариум», в котором и сообщалось о ЧП. Директор «тренировочной базы» опроверг подобные слухи, заявив, что они не имеют понятия о каком оружие говорится в «рапорте», добавив, что у них даже нет дельфинов.

Напомним, тревожная новость звучала так. С военной базы Севастополя, где вновь начали экспериментировать над умнейшими существами планеты – дельфинами, сбежали в открытое море три млекопитающих, вооруженные до зубов комплектами ИПП-75-03 (индивидуальный огнестрельное устройство, которое крепится на голову животного), еще двое не смогли покинуть место своего заточения. Поиски велись несколько часов, но безрезультатно.

Однако, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки.

Боевые дельфины


А вот что касается этой темы у нашего «вероятного противника» давайте рассмотрим подробнее :


В начале ноября 2012 года представители ВМС США сообщили, что начиная с 2017 года специально тренированные на поиск морских мин дельфины и морские львы уступят место в строю необитаемым подводным и надводным аппаратам и роботам. Более чем полувековая история службы в американском флоте морских животных в погонах теперь, похоже, близка к завершению.
Меняем млекопитающих на роботов

Одна из главных причин такого решения – финансовая. В условиях постоянной оптимизации военных расходов специалисты ВМС США, проанализировавшие фактические и расчетные данные по стоимости эксплуатации «животной» и «бездушной» систем, пришли к выводу, что полный жизненный цикл противоминной системы на основе автономных необитаемых подводных аппаратов (АНПА), безэкипажных катеров и роботов-саперов обойдется флоту дешевле, чем применение аналогичной системы, построенной на базе морских животных – дельфинов и калифорнийских морских львов. По данным открытых зарубежных источников, ежегодно на поддержание в боеготовом состоянии отряда морских животных – 24 «противоминных» дельфина, около 50 дельфинов для других задач и 30 морских львов, американский флот тратит не менее 20 млн долл.

В частности, любая командировка животных сопровождается массой обеспечивающих мероприятий: транспортировать дельфинов и морских львов необходимо в специальных контейнерах с морской водой, каждая группа боевых животных сопровождается группой медиков и специалистов обслуживающего персонала и пр. Нельзя забывать и о том, что ушедшие в отставку боевые животные также требуют расходов на их содержание до самой смерти. Кроме того, по мнению военно-морских экспертов, подводные аппараты и роботы позволят проводить операции в более широком диапазоне, без ограничений, накладываемых особенностями физиологии морских животных.

«В настоящее время мы находимся в процессе реорганизации и в целом планируем в 2017 финансовом году приступить к постепенному завершению программы (использования морских животных для поиска и, в ряде случаев, уничтожения морских мин и взрывоопасных объектов под водой. – В.Щ.), – подчеркнул в интервью «Би-би-си» кэптен Фрэнк Линкус, глава отдела противоминной войны управления интеграции возможностей и ресурсов штаба ВМС США. – Морская биологическая система имеет фантастические возможности, но роботизированные системы уже способны решать аналогичные задачи быстрее и дешевле. Может быть, не на все 100%, но близко к этому».

Заменить своих животных в погонах, равно как и снизить численность привлекаемых к противоминной обороне (ПМО) военнослужащих, американские адмиралы планируют на флот из надводных безэкипажных катеров – искателей мин, противоминную систему на базе немецкого АНПА типа «Си Фокс», а также АНПА типа «Найффиш» («Рыба-нож»). Торпедообразный АНПА «Найффиш», известный также под обозначением Surface Mine Countermeasure Unmanned Undersea Vehicle или SMCM UUV, разработан компанией «Дженерал Дайнэмикс» и получил свое название в честь одной из рыб отряда гимнотообразных, отличающихся угреобразным телом и способных генерировать электрические разряды.

Впрочем, в интервью американской газете «Нэйви Таймс» заместитель начальника управления обеспечения экспедиционных сил штаба ВМС США Эд Эбингер, отметивший, что высокие расходы, характерные для начального этапа эксплуатации противоминных безэкипажных катеров и АНПА, постепенно будут существенно снижаться и в среднем окажутся более привлекательными по сравнению с расходами на поддержание в боевой готовности морской биологической системы, подчеркнул: «Возможности дельфинов – феноменальны, и даже с применением самых последних технологий мы пока вряд ли сможем приблизиться к тому уровню, чтобы полностью отказаться от них».

Боевые дельфины


«Китообразные могут быть полезны при поиске боеголовок ракет, спутников и всего прочего, что усилиями человека раз за разом обрушивается в океан с неба, – заявил в 1958 году на специально организованном для высокопоставленных сотрудников Пентагона семинаре известный американский нейрофизиолог Джон Каннингэм Лилли. – Их, например, можно натренировать на поиск мин, торпед, субмарин и других объектов, изобретенных человеком для военно-морских операций… Их можно обучить ведению разведки и несению патрульной службы при кораблях и подводных лодках, их также можно перевозить в разные места и использовать в гаванях в качестве подрывников, взрывать ядерными зарядами подводные лодки, подводные ракетные установки и надводные корабли».

Темой подготовленного Лилли доклада были результаты исследования, проведенного под его руководством и имевшего целью изучение возможности использования в интересах ВМС США дельфинов и отдельных видов китов. Джон Лилли был уверен, что отдельных, наиболее «умных» морских млекопитающих – к примеру, дельфинов – можно с высокой эффективностью использовать даже в качестве «самонаводящегося оружия против человека». Ученый считал, что особым образом подготовленные дельфины могут «по ночам выходить в гавань и ловить шпионов, забрасываемых противником при помощи подлодок или самолетов».
За такую идею не могли не ухватиться американские спецслужбы и командование ВМС. Были отданы соответствующие распоряжения, и в 1960 году у лос-анджелесского аквариума был приобретен тихоокеанский белобокий дельфин, точнее дельфиниха по имени Нотти. Она поступила в распоряжение принадлежавшего Научно-исследовательскому управлению ВМС США (Сан-Диего) отдела испытаний военно-морского оружия. Первым направлением работ, к которым была подключена Нотти, было не диверсионное. Разработчиков подводного торпедного и ракетного оружия интересовали уникальные особенности эхолокационного аппарата и гидродинамика дельфина. В частности, для повышения гидродинамического КПД движения в воде торпед и ракет. Однако вскоре стало ясно – в рамках небольшого бассейна, где обитала Нотти, полностью «раскрыть ее возможности» не представляется возможным.

Работы решили продолжить в местечке Пойнт-Мугу, в районе которого располагались Тихоокеанский полигон и Военно-морской центр испытания ракетного оружия. Там, в бухте Мугу – удобной естественной почти закрытой лагуне, и была создана военно-морская биологическая станция. Впоследствии был создан филиал на Гавайях – в Канеохе-Бей, остров Оаху. В июле 1962 года туда доставили первых трех дельфинов и продолжили испытания, которые быстро приобрели специальную, диверсионную и противодиверсионную «окраску». Ответственность за проведение работ была возложена на отдел изучения морской фауны указанного центра, который, что интересно, был создан в рамках космической программы США и занимался системами жизнеобеспечения в замкнутом пространстве, но после передачи всех работ по космосу в ВВС его переориентировали на изучение морской фауны для ВМС.

Специалисты отдела предпринимали попытки изучения «способности к решению боевых задач» у акул, черепах и других обитателей моря. Но результатов опыты не дали. После длительного перерыва в 2008 году работы с акулами возобновились под эгидой Агентства по оборонным исследованиям и разработкам МО США. Основной их целью стало изучение возможностей акул по наблюдению за морским пространством и передаче информации о возможных угрозах при помощи специальных датчиков (руководитель работ – Джелл Атима, профессор биологии из Бостонского университета).

Знаменитый американский дельфинолог Форрест Гленн Вуд, на протяжении длительного времени работавший на биологической станции Научно-исследовательского управления ВМС США, писал в своем труде «Морские млекопитающие и человек»: «Наиболее осуществимой показалась нам идея сделать из них (дельфинов) помощников водолазов. И в ответ на вопросы о том, почему именно флот должен взять на себя расходы по изучению морских млекопитающих, мы обычно говорили: «Потому что они могут стать помощниками военных водолазов». Никто и никогда не обучал дельфинов исполнению команд в открытом море, и поэтому сама идея выглядела попросту спекулятивной. И прежде чем ее осуществить, нам предстояло разработать методы и аппаратуру».

Работы с морскими млекопитающими по «боевой тематике» держались Пентагоном в тайне, однако зарубежные эксперты – в том числе и в Советском Союзе – могли судить о них, используя данные о различных открытых опытах. Так, например, в 1965 году в ходе проводившегося в Ла-Холье эксперимента «SEALAB-2» дельфин Таф Гай (более известен как Таффи), «учебно» спасал акванавта, имитировавшего потерю ориентировки на глубине. Водолаз приводил в действие специальный сигнализатор с записанным сигналом. Дельфин «протягивал» акванавту конец нейлонового шнура, по которому «попавший в беду» водолаз мог подниматься на поверхность. Также дельфин доставлял с поверхности водолазам и обратно различные инструменты, контейнеры с сообщениями и другие небольшие предметы.

Однако пока весь мир с увлечением следил за уникальным экспериментом, в то же самое время в Пойнт-Мугу на военно-морской биологической станции ВМС США шли более серьезные работы. Дельфинов и морских львов активно пытались научить военному делу. Эти виды морских животных были выбраны американскими специалистами по причине их выдающихся гидродинамических качеств и исключительных биосонарных способностей. Например, дельфины «видят» предмет размером с боевого пловца в воде в средних по сложности условиях на дальности до 500 метров.

На волне поднятой в американских СМИ «шумихи вокруг боевых дельфинов» в газете «Нью Сайентист» 11 августа 1966 года даже вышел фельетон на тему дельфинов-камикадзе, которых готовили для самоубийственных атак вражеских подводных лодок: «Враг, несомненно, преуспеет в дрессировке других рыб и заведет себе дельфинов противодельфиньей обороны, но ведь и мы на этом не остановимся. Против подводных лодок мы можем придумать кое-что и похлеще, например разослать мобилизационные повестки электрическим скатам. Полноценный и хорошо заряженный скат способен своим разрядом повалить лошадь. Мы обучим в Чайна-Лейк несколько тысяч скатов двигаться цепочкой, прижавшись отрицательно заряженной головой к положительно заряженному хвосту впереди плывущего. Такая батарея прожжет электрической дугой любой подводный корабль, к которому приложится. А сотни две гигантских спрутов, хватая друг друга за щупальца, как только запахнет китайским рагу или русской черной икрой, образуют высокоэффективную подвижную сеть для ловли подводных лодок-малюток».

Боевые дельфины


Борьба с диверсантами


Один из отечественных исследователей морских животных Николай Барышников отмечал: «Дельфины – далеко не миролюбивые звери. Кажущаяся безобидность их во взаимоотношениях с людьми довольно относительна. Во взаимоотношениях этих имеется некая грань, переступив которую человек вызывает у животного вначале пассивную оборонительную реакцию, которая постепенно – если человек систематически переступает эту грань – может перейти в агрессивную… Так, неоднократно отмечалось, что наиболее солидные самцы в первые дни содержания в неволе принимали позу угрозы по отношению к пловцам. До нападения на человека дело, правда, не доходило – дельфины предпочитали сами отойти в сторону».

Именно эта «относительная доброжелательность» дельфинов была использована военными специалистами в процессе обучения уничтожению вражеских боевых пловцов. Правильность такого подхода была подтверждена в ходе сверхсекретной операции «Шорт Тайм» (1971–1972). В ее рамках противодиверсионную оборону базы «Камрань» во Вьетнаме в течение 15 месяцев несла группа из шести боевых дельфинов. По неофициальным данным, боевые дельфины уничтожили при обороне военно-морской базы «Камрань» не менее 50 подводных разведчиков и диверсантов.

Официальная информация о результатах операции не обнародована, а появляющиеся периодически сведения – крайне скудны и противоречивы. Одним из источников информации по операции «Шорт Тайм» является статья, появившаяся в 1972 году в газете «Нэйви Таймс». В ней утверждалось, что для охраны базы «Камрань» использовалась «группа специально обученных дельфинов». Они действовали по следующему алгоритму: обнаружив диверсанта, дельфин подавал сигнал своему «тренеру». Получив приказ «атаковать», он выходил в атаку, тыкая во врага прикрепленной на роструме (нос дельфина) специальной иглой-шприцем. Таким образом, в тело пловца вводился яд нервно-паралитического действия. Есть и другое мнение, принадлежащее советской разведке, – о вводимом через иглу углекислом газе. От газодинамического удара внутренности человека «разрывались», и диверсант шел на дно.

Что касается методов подготовки боевых дельфинов для таких действий, то американцы приучали животных выпрашивать рыбу ударами рострума по туловищу тренера. В боевой обстановке подготовленного таким образом дельфина вооружали баллончиком с газом и длинной титановой иглой. Когда «противодиверсионный» дельфин встречал на своем пути плывущего человека, то приближался к нему и, «выпрашивая рыбу», ударял его носом с иглой.

Следует подчеркнуть, что командование ВМС США отказывалось комментировать даже сам факт наличия «программы нейтрализации боевых пловцов». Но в 1972 году на слушаниях Комитета по делам разведки Сената США один из бывших специалистов Научно-исследовательского управления ВМС зоопсихолог Майкл Гринвуд подтвердил факт дрессировки в Центре подводной войны морских млекопитающих специально для «охоты» на людей.

Зато есть детально описанный опыт использования дельфинов и морских львов в ходе испытаний ВМС США новейшего оружия. Боевые животные искали и маркировали объекты, а морские львы непосредственно участвовали в подъеме со дна ракет и торпед. Впервые такая операция была проведена в 1966 году, а в ноябре 1970 года в испытаниях у острова Сан-Николас боевой части противолодочной ракеты комплекса АСРОК были задействованы три морских льва. Первоначально морским львам не удавалось найти на глубине 60 метров боевую часть. Затем возникли проблемы с креплением спецзахвата. Наконец самка морского льва Тёрк со второго раза закрепила захват на объекте. После чего боевую часть подняли на поверхность.

Данный способ поиска и подъема затонувших образцов морского оружия стал стандартным. Для этого на вооружение ВМС принята так называемая морская биологическая система «быстрого обнаружения» Mk5 мод.1. Она «предназначена для поиска и подъема на поверхность практических торпед, мин и других объектов, заблаговременно снабженных гидроакустическими маячками, с глубин до 150 метров».
В ее состав входят две команды по четыре морских льва, которые выполняют непродолжительное погружение и затем «сообщают» оператору о сигнале маячка, установленного на объекте. Если услышали – возвращаются к лодке и нажимают носом специальную резиновую подушечку. После чего к наморднику морского льва крепится захват с длинным линем, который они закрепляют при погружении на обнаруженном объекте. Морской лев должен опуститься на дно, приблизиться к объекту под прямым углом к его продольной оси и толкнуть его захватом. Кривые лапы захвата защелкиваются вокруг корпуса объекта, а сам захват отделяется от намордника (сегодня используется зажим без намордника – морской лев просто берет его в зубы.) После контрольной проверки правильности крепления зажима животное всплывает и получает «приз». Объект поднимают на поверхность. За время своего существования «усатые бойцы» успешно выполнили 95% заданий. А вот использование для глубоководных работ касаток и гринд широкого распространения не получило. Хотя в первой половине 1970-х годов был достигнут интересный результат: дрессированная гринда обнаружила затонувший объект и закрепила на нем спецзажим подъемного оборудования на глубине 504 метра.

Сегодня на вооружении ВМС США, согласно официальным данным, состоят пять биотехнических систем с боевыми морскими млекопитающими. В ВМС США данные системы обозначаются как «морские биологические», но более правильным будет применение к ним классификации, введенной советскими специалистами – биотехническая система, поскольку в их состав входят не только животные, но и различные технические средства.



Приоритет – борьба с минами


Самые востребованные в настоящее время – противоминные биотехнические системы. Первая из них – Mk4 мод.0 – включает в себя несколько групп по четыре бутылконосых дельфина. Она предназначена для обнаружения и нейтрализации якорных мин. Система была испытана в 1991 году, а в 1993 году принята на вооружение.

При поиске мин в заданном районе дельфины периодически подплывают к обеспечивающей операцию лодке. Они сигнализируют операторам о результатах поиска, касаясь сигнального диска в носовой («цель обнаружена») или в кормовой («цель не обнаружена») ее части. При положительном результате дельфину передается подрывной заряд Mk98, который крепится на минрепе якорной мины. Затем дельфин освобождается от него, возвращается к лодке и выпрыгивает из воды на специальную подстилку. Оператор с помощью акустического устройства подрывает заряд. В ряде случаев дельфины ставят в месте нахождения мины буй. Ее классифицируют и уничтожают другими средствами.

Другая морская биотехническая противоминная система – Mk7 мод.1 – предназначена для поиска донных мин на глубинах 30–100 метров. В ее составе «служат» две группы дельфинов по четыре особи. Единственные в ВМС США, способные обнаруживать заглубленные в слой песка или ила мины. Первые испытания данной системы прошли в 1976 году.

Дельфины доставляются в район операции на быстроходных катерах. Когда обнаруженный объект идентифицируется как мина, там оставляется маркер Mk86 для ориентира водолазам или противоминным подводным роботам. Система используется для расчистки фарватеров, подходов к портам, а также для контрольных проверок результатов траления небольших участков моря.

Система применялась в Персидском заливе. Две группы по четыре дельфина в 2003 году были переброшены туда на десантном корабле-доке «Ганстон Холл», в специальных надувных пулах. Недавно система прошла «модернизацию». Теперь дельфины могут проводить операции по поиску и уничтожению противодесантных минных заграждений в мелководных районах и полосе прибоя на глубинах 3–12 метров.
В состав еще одной противоминной системы с обученными морскими животными – Mk8 – входят четыре дельфина и подразделения сил спецопераций. Эта система предназначена для поиска и проделывания проходов в системе противодесантных заграждений в районе побережья противника для успешной высадки передовой группы морского десанта. В состав сводного отряда входят разведывательно-диверсионные группы, разведывательные группы морской пехоты и боевые пловцы отряда обезвреживания неразорвавшихся боеприпасов с автономными подводными аппаратами.

Система принята на вооружение 1-го отряда расчистки минных заграждений в 2003 году и сразу же была переброшена в Ирак. В заданный район дельфины переходят, плывя рядом со специальными лодками – каяками, в которых находятся боевые пловцы и водолазы-минеры. Наиболее известной операцией стала расчистка гавани порта Умм-Каср для обеспечения безопасного подхода к пирсу британского десантного корабля «Сэр Галахед». Две группы по два дельфина были переброшены вертолетами из Кувейта. Всего же американские хвостатые «спецназовцы» вместе со своими «тренерами» отработали в ходе войны до 913 миль водных путей, обследовали 237 объектов и обнаружили почти сотню различных мин.

Mk6 – противодиверсионная биотехническая система, предназначенная для борьбы с вражескими боевыми пловцами и разведчиками, а также террористами. Информация по данной системе всегда была достаточно закрытой, причем вначале систем было две – Mk6 (дельфины) и Mk7 (морские львы), но затем они, как утверждается, были расформированы. В 1976 году группа в составе шести дельфинов, обученных обнаруживать вражеских боевых пловцов и водолазов, была воссоздана в ВМС США и получила обозначение Mk6 мод.1. По данным американских открытых источников, используемые в этой системе дельфины и морские львы после обнаружения вражеского боевого пловца заходят к нему со спины и крепят к нему специальный зажим с буйком, всплывающим на поверхность и обозначающим место нахождения противника.
В октябре 1987 года, во время ирано-иракской войны, группа из шести дельфинов и 25 моряков была направлена в Персидский залив, где восемь месяцев обеспечивала безопасность судоходства (операция Earnest Will). Тогда же впервые была обнародована информация о потерях в «личном составе» хвостатого спецназа – дельфин по кличке Скиппи погиб от легочной инфекции. Дельфины и присоединившиеся к ним морские львы несли службу в Бахрейне с октября 1987 года по июнь 1988 года.

В 1991 году под давлением защитников прав животных ВМС США объявили о закрытии программы подготовки «противодиверсионных животных». Впрочем, уже через четыре года систему Mk6 MMS пришлось воссоздать. Дельфинов бросили на защиту южнокорейской базы Пхохан (операция Freedom Banner), а в 1996 году – для охраны ВМБ Сан-Диего.

С той поры о дельфинах – борцах с «людьми-лягушками» информации нет. Зато «засветилась» биотехническая система борьбы с подводными диверсантами Mk7, на базе морских львов. Именно она в 2003 году была переброшена в Бахрейн для охраны якорных стоянок кораблей и судов ВМС США. Тогда СМИ наводнили снимки зевающих усатых «спецназовцев», позирующих на фоне бахрейнской базы. В отличие от дельфинов морских львов тренировали прикреплять к ногам диверсантов специальный зажим с тросом, который крепился к лодке с бойцами противодиверсионного подразделения. Получив от своего питомца условный сигнал, спецназовцы просто выбирали трос вместе с болтающимся на нем пленником.

В США существует пять центров ВМС, работающих с морскими млекопитающими: главный центр – на мысе Пойнт-Лома (Сан-Диего); в зоне Панамского канала; на Гавайях (принимают участие в исследованиях, проводимых Институтом морской биологии Гавайского университета); на озере Панд-Орей (Айдахо) и на мысе Принца Уэльского (Аляска). Руководство программой осуществляет расположенный в Сан-Диего Центр космических и боевых военно-морских систем. Всего ВМС США, по официальным данным, содержат не менее 110–115 «специальных» дельфинов и морских львов. В ходе исследования, проведенного в 1988–1990 годах, выяснилось – принятые в ВМС дельфины «имеют самый высокий уровень выживаемости» среди всех дельфинов, содержащихся в неволе, и превышает естественный уровень: в природе – в среднем 92–95%, а в ВМС США – 95–97%.

Боевые дельфины


Искусственная «рыба»


АНПА типа «Найффиш» предназначен для поиска плавающих, якорных и донных морских мин и различных миноподобных и взрывоопасных объектов и впервые был представлен его разработчиком и заказчиком, руководством программы необитаемых морских систем для литоральных боевых кораблей ВМС США, в виде модели – в масштабе 1:4 – на выставке-конференции Sea Air Space Convention, проводившейся в апреле 2012 года. Выставка организуется ежегодно Военно-морской лигой США и проводилась в расположенном около Вашингтона отеле и конференц-центре Gaylord National Resort & Convention Center.
Согласно обнародованным в зарубежных источниках данным, АНПА типа «Найффиш» имеет калибр 533 см, длину 5,8 метра и автономность до 16 часов, будет развивать скорость хода до 20–25 узлов. Аппарат оснащается целым набором различных сенсоров, включая работающий на низких частотах эхолот, а в состав его бортовой системы включен накопитель данных емкостью до 12 Тб. При этом следует особо отметить – съем данных с АНПА предусматривается пока только после его возвращения с задания и подъема на борт корабля-носителя.

В качестве второстепенной задачи для АНПА типа «Найффиш», который является одной из подсистем модуля противоминной обороны литоральных боевых кораблей (каждый корабль получит два АНПА), планируется возложить ведение разведки и наблюдения, в том числе в интересах других сил ПМО.

«Найффиш» представляет собой значительный шаг вперед в области развития необитаемых подводных систем и сможет стать универсальным, безопасным и экономичным средством противоминной борьбы, которого в настоящее время не хватает ВМС. Благодаря применению системы открытой архитектуры «Найффиш» будет обладать способностью к постоянному совершенствованию», – подчеркнула на выставке вице-президент подразделения «Перспективные информационные системы» корпорации «Дженерал Дайнэмикс» по вопросам стратегии и развития бизнеса Надя Шорт.
Предварительная оценка проекта успешно прошла в мае 2012 года, однако до окончательного завершения работ по созданию АНПА, которые проводятся на предприятиях и конструкторских бюро в Гринсборо, Фэрфаксе, Квинсе, Брейнтри и Панама Сити, пока еще далеко. Начальной оперативной готовности он должен достичь в 2017 году. В случае задержки с разработкой нового противоминного средства «дембельский аккорд» дельфинов и морских львов, находящихся на службе ВМС США, может затянуться. Представители ВМС США, имеющие отношение к программе подготовки «противоминных» дельфинов и морских львов, не исключают, что для них найдется работа в ходе решения отдельных специальных задач. Да и Эд Эбингер в беседе с корреспондентом газеты «Нэйви Таймс» подчеркнул – пока речь идет об отставке с 2017 года только боевых морских животных, применяемых в рамках ведения противоминной войны.


1 не понравился
23 понравился пост
 
Незарегистрированные посетители не могут оценивать посты
 
 
 
 

 
 
 
 

Информация

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Оставлять свои CRAZY комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Пожалуйста пройдите простую процедуру регистрации или авторизируйтесь под своим логином. Также вы можете войти на сайт, используя существующий профиль в социальных сетях (Вконтакте, Одноклассники, Facebook, Twitter и другие)

 
 
 
 
 
Наверх