Каспийское море или озеро?

Автор:
Слепой Пью
Печать
дата:
1 декабря 2015 22:11
Просмотров:
3220
Комментариев:
2
Каспийское море или озеро?


Верно ли называть Каспий морем?


Известно, что море — это часть Мирового океана. С этой, географически правильной, точки зрения Каспий никак нельзя считать морем, ибо он отделен от океана огромными массивами суши. Самое короткое расстояние от Каспия до Черного моря, ближайшего из морей, входящих в систему Мирового океана, составляет 500 километров. Поэтому правильнее было бы говорить о Каспии как об озере. Это самое большое в мире озеро часто называют просто Каспием или озером-морем.

Каспий имеет ряд признаков моря: вода его соленая (однако есть и другие соленые озера), площадь мало уступает площади таких морей, как Черное, Балтийское, Красное, Северное и даже превышает площадь Азовского и некоторых других (однако у Канадского озера Верхнее тоже огромная площадь, как у трех Азовских морей). На Каспии часты свирепые штормовые ветры, огромные волны (да и на Байкале это не редкость).

Значит все таки Каспийское море — это озеро? Вот и в Википедии это написано. Да и Большая Советская Энциклопедия отвечает, что никто еще не смог дать точного определения этому вопросу — «Общепринятой классификации не существует».

А знаете, почему это очень важно и принципиально? А вот почему …



Озеро относится к внутренним водам — суверенным территориям прибрежных государств, на которые международный режим не распространяется (принцип невмешательства ООН во внутренние дела государств). А вот акватория моря и делится по-другому, и права прибрежных государств тут совсем другие.

Каспийское море или озеро?


По своему географическому положению сам Каспий, в отличие от окружающих его сухопутных территорий, на протяжении многих веков не был объектом какого-либо целенаправленного внимания со стороны прибрежных го­сударств. Только в начале XIX в. между Россией и Персией были заключены первые договоры: Гюлистанский (1813 г.)4 и Туркманчайский (1828 г.), подводившие итоги русско- персидской войны, в результате которой Россия присоеди­нила к себе ряд закавказских территорий и получила ис­ключительное право держать военный флот на Каспийском море. Русским и персидским купцам разрешалось свободно торговать на территории обоих государств и пользоваться Каспием для перевозки товаров. Туркманчайский договор подтвердил все эти положения и стал основой поддержа­ния международных отношений между сторонами вплоть до 1917 г.

После Октябрьской революции 1917 г. в ноте нового при­шедшего к власти правительства России от 14 января 1918 г. оно отказалось от своего исключительного военного при­сутствия на Каспийском море. Договор между РСФСР и Пер­сией от 26 февраля 1921 г. объявил недействительными все соглашения, заключенные до него царским правительством. Каспийское море стало водоемом общего пользования сто­рон: обоим государствам предоставлялись равные права сво­бодного судоходства, за исключением случаев, когда в соста­ве экипажей иранских судов могли быть граждане третьих стран, использующих службу в недружественных целях (ст. 7). Договор 1921 г. морской границы между сторонами не пред­усматривал.

В августе 1935 г. был подписан следующий договор, сто­ронами которого были новые субъекты международного права — Советский Союз и выступивший под новым наиме­нованием Иран. Стороны подтвердили положения договора 1921 г., но ввели в соглашение новое для Каспия понятие — 10-мильную рыболовную зону, ограничившую для его участни­ков пространственные пределы ведения этого промысла. Это было сделано в целях контроля и сохранения живых ресурсов водоема.

В условиях начавшейся Второй мировой войны, развязан­ной Германией, неожиданно возникла срочная необходимость заключения между СССР и Ираном нового договора о торговле и мореплавании по Каспию. Поводом для этого стало беспо­койство советской стороны, вызванное интересом Германии к активизации своих торговых связей с Ираном и опасностью использования акватории Каспия в качестве одного из этапов транзитного пути. Подписанный в 1940 г. договор СССР с Ира­ном10 защитил Каспийское море от такой перспективы: в нем были повторены основные положения прежних соглашений, предусматривавшие пребывание в его водах судов только этих двух прикаспийских государств. Он также включал норму о его бессрочном действии.

Развал Советского Союза кардинально изменил региональ­ную ситуацию на бывшем советском пространстве, в частности и в прикаспийском регионе. Среди большого количества но­вых проблем возникла и проблема Каспия. Вместо двух го­сударств — СССР и Ирана, которые прежде в двустороннем порядке решали все возникающие вопросы морского судоход­ства, рыболовства и использования других живых и неживых его ресурсов, теперь их стало пять. Из прежних остался только Иран, место СССР на правах правопреемства заняла России, остальные три — это новые государства: Азербайджан, Казах­стан, Туркменистан. Они и раньше имели выход к Каспию, но только в качестве республик Союза ССР, а не самостоятель­ных государств. Теперь же, став независимыми и суверенными, они получили возможность на равных с Россией и Ираном уча­ствовать в обсуждении и принятии решений в рассмотрении всех названных выше вопросов. Это отразилось и на отношении этих государств к Каспию, так как в использовании его живых и неживых ресурсов проявили одинаковую заинтересованность все пять государств, имевших к нему выход. И это логично, а самое главное, оправдано: Каспийское море богато природ­ными ресурсами, как запасами рыбы, так и черным золотом — нефтью и голубым топливом — газом. Разведка и добыча двух последних ресурсов надолго стали предметом самых горячих и затянувшихся переговоров. Но не только они.

Кроме наличия богатых минеральных ресурсов в водах Каспийского моря обитает около 120 видов и подвидов рыб, здесь находится мировой генофонд осетровых, добыча которых до недавнего времени составляла 90% их общего мирового улова.

Каспийское море или озеро?


Благодаря своему расположению Каспий традиционно и давно широко используется и для судоходства, выступая как своего рода транспортная артерия между народами при­брежных государств. По его берегам расположены такие круп­ные морские порты, как российская Астрахань, столица Азер­байджана Баку, туркменский Туркменбашы, иранский Энзели и казахстанский Актау, между которыми давно проложены маршруты движения торгового, грузового и пассажирского морского транспорта.

И все же главным объектом внимания прикаспийских го­сударств выступают его минеральные ресурсы — нефть и при­родный газ, на которые каждое из них может претендовать в пределах тех границ, которые должны быть определены ими коллективно на основе норм международного права. А для это­го им предстоит разделить между собой и акваторию Каспия, и его дно, в недрах которого скрыты его нефть и газ, и вырабо­тать правила их добычи с минимальным ущербом для весьма хрупкой окружающей среды, прежде всего морской среды и ее живых обитателей.

Основным препятствием в решении вопроса о начале широкой добычи минеральных ресурсов Каспия для прика­спийских государств продолжает оставаться его международ­но-правовой статус: считать ли его морем или озером? Слож­ность вопроса состоит в том, что решить его должны сами эти государства, а в их рядах согласия пока не наблюдается. Но при этом каждое из них стремится скорее начать добычу каспийской нефти и природного газа и сделать их продажу за границу постоянным источником получения средств для формирования своего бюджета.

Поэтому нефтяные компании Азербайджана, Казахстана и Туркмении, не дожидаясь окончания урегулирования име­ющихся разногласий по территориальному разделу Каспия, уже начали активную добычу его нефти, в надежде перестать быть зависимыми от России, превратить свои страны в нефте­добывающие и уже в этом качестве начать строить собственные долгосрочные торговые отношения с соседями.

Тем не менее, вопрос о статусе Каспийского моря остается не решенным. Вне зависимости от того, согласятся прикаспий­ские государства считать его «морем» или «озером», к терри­ториальному разделу его акватории и дна они должны будут применить соответствующие сделанному выбору принципы или выработать на этот случай собственные.

За признание Каспия морем выступал Казахстан. Такое признание позволит применить к разделу Каспия положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. о внутренних во­дах, территориальном море, исключительной экономической зоне, континентальном шельфе. Это бы позволило прибреж­ным государствам обрести суверенитет на недра территориаль­ного моря (ст. 2) и исключительные права на разведку и разра­ботку ресурсов континентального шельфа (ст. 77). Но Каспий нельзя назвать морем с позиции Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., так как этот водоем является замкнутым и не име­ет природной связи с мировым океаном.

В этом случае исключается и вариант совместного пользо­вания его акваторией и ресурсами дна.

В договорах СССР с Ираном Каспийское море рассматри­валось как пограничное озеро. С приданием Каспийскому морю юридического статуса «озеро» предполагается его раздел на сектора, как это делается применительно к пограничным озерам. Но в международном праве нет нормы, обязывающей государства делать именно так: деление на сектора — это сло­жившаяся практика.

МИД России не раз делал заявления, что Каспий является озером, а его воды и недра — общим достоянием прибреж­ных государств. Иран также с позиции, закрепленной еще в договорах с СССР, рассматривает Каспийское море озером. Правительство страны считает, что этот статус подразумевает создание консорциума для единого управления добычей и ис­пользованием его ресурсов прикаспийскими государствами. С таким мнением выступают и некоторые авторы, например, Р. Мамедов считает, что при таком статусе добыча углеводо­родных ресурсов на Каспии этими государствами должна осу­ществляться совместно.

В литературе высказывалось предложение о придании Ка­спийскому морю статуса озера «sui generis», а в этом случае речь идет об особом международно-правовом статусе такого озера и его особом режиме. Под режимом предполагается со­вместная выработка государствами собственных правил поль­зования его ресурсами.

Таким образом, признание Каспия озером не требует обя­зательного его раздела на сектора — каждому прибрежному государству свою часть. К тому же в международном праве вообще нет норм о разделе озер между государствами: это их добрая воля, за которой могут скрываться определенные внутренние интересы.

В настоящее время все прикаспийские государства призна­ют, что современный правовой режим был установлен сложив­шейся практикой его использования, однако теперь Каспий находится в фактическом общем пользовании не двух, а пяти государств. Еще на проведенном 12 ноября 1996 г. в Ашхабаде совещании министров иностранных дел прикаспийские госу­дарства подтвердили, что статус Каспийского моря может быть изменен лишь при наличии согласия всех пяти прибрежных государств. Позднее это также подтвердили Россия и Азер­байджан в совместном заявлении от 9 января 2001 г. о принци­пах сотрудничества, а также в подписанной между Казахста­ном и Россией Декларации о сотрудничестве на Каспийском море от 9 октября 2000 г.

Но в ходе многочисленных каспийских переговоров, конфе­ренций и четырех саммитов прикаспийских государств (Аш­хабадский саммит 23-24 апреля 2002 г., Тегеранский саммит 16 октября 2007 г., Бакинский саммит 18 ноября 2010 г. и Астра­ханский 29 сентября 2014 г.) согласия прикаспийским странам достичь так и не удалось.

Более продуктивными пока оказывается сотрудничество на двухстороннем и трехстороннем уровне. Еще в мае 2003 г. Россия, Азербайджан и Казахстан заключили соглашение о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна Каспийского моря, в основу которого легли предшество­вавшие двусторонние соглашения. В сложившейся ситуации Россия своим участием в этих соглашениях как бы подтверди­ла, что соглашения между СССР и Ираном устарели и не со­ответствуют существующим реалиям.

В Соглашении от 6 июля 1998 г. между РФ и Республикой Казахстан о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях осуществления суверенных прав на недрополь­зование было объявлено о разграничении дна моря между сопредельными и противолежащими сторонами по модифи­цированной срединной линии на основе принципа справед­ливости и договоренности сторон. На дно участка государства обладают суверенными правами, но при этом сохраняется их общее пользование водной поверхностью.

Иран воспринял это соглашение как сепаратное и нару­шающее прежние Договоры с СССР 1921 и 1940 гг. Однако необходимо отметить, что в преамбуле соглашения 1998 г., сторонами которого были Россия и Казахстан, соглашение рассматривалось как временная мера в ожидании подписания конвенции всеми прикаспийскими государствами.

Позднее, 19 июля этого же года, Иран и Россия сделали совместное заявление, в котором предложили три возможных сценария делимитации Каспия. Первый: море должно быть общим на основе принципа кондоминиума. Второй сценарий сводится к тому, чтобы разделить акваторию, воды, дно и недра на национальные секторы. Третий сценарий, являющийся ком­промиссом между первым и вторым вариантом, предполагает разделить только дно между прибрежными государствами, а водную гладь считать общей и открытой всем прибрежным странам.

Каспийское море или озеро?


Существующие варианты делимитации Каспия, в том числе и названные выше, возможны только в случае наличия доброй политической воли сторон. Азербайджан и Казахстан четко выразили свою позицию с самого начала процесса многосто­ронних консультаций. Азербайджан считает Каспийское море озером, и, следовательно, оно должно подлежать разделу. Ка­захстан предлагает считать Каспий замкнутым морем, ссылаясь на Конвенцию ООН 1982 г. (статьи 122, 123), и, соответственно, выступает за его раздел в духе Конвенции. Туркменистан дол­го поддерживал идею совместного управления и пользования Каспием, но иностранные компании, уже разрабатывающие ресурсы у берегов Туркмении, оказали влияние на политику ее президента, который начал возражать против установления ре­жима кондоминиума, поддерживая позицию раздела моря.

Первым из прикаспийских государств, в новых условиях начавших использовать углеводородные богатства Каспия, стал Азербайджан. После заключения в сентябре 1994 г. «Сделки века» Баку изъявил желание прилежащий к нему сектор объ­явить составной частью своей территории. Это положение было закреплено и в Конституции Азербайджана, принятой в целях осуществления суверенных прав на недропользование, Москва, 6 июля 1998 г. на референдуме 12 ноября 1995 г. (ст. 11). Но такая радикаль­ная позиция с самого начала не соответствовала интересам всех остальных прибрежных государств, в особенности России, кото­рая высказывает опасения, что это откроет доступ к Каспийско­му морю странам других регионов. Азербайджан согласился на компромисс. В Соглашении между РФ и Азербайджаном о разграничении сопредельных участков Каспийского моря 2002 г. было закреплено положение, в котором раздел дна был проведен с использованием срединной линии, а акватория водоема осталась в совместном пользовании.

В отличие Азербайджана, выразившего желание полностью разделить Каспий, Иран предлагает оставить его недра и воду в совместном пользовании, но не возражает и против варианта раздела Каспия на 5 равных частей. Соответственно, каждому члену каспийской пятерки выделялось бы 20 процентов от об­щей территории водоема.

Точка зрения России претерпевала изменения. Москва дол­гое время настаивала на установлении кондоминиума, но же­лая выстроить долгосрочную политику с соседями, которым было не выгодно рассматривать Каспий в качестве достояния пяти прибрежных государств, изменила свою позицию. Это тогда и подтолкнуло государства начать новый этап перегово­ров, по завершении которых в 1998 г. было подписано указан­ное выше Соглашение, где Россия заявила, что «созрела» для раздела Каспия. Основным его принципом стало положение «вода общая — делим дно».

С учетом того, что между некоторыми прикаспийскими государствами, а именно Азербайджаном, Казахстаном и Рос­сией, достигнуты договоренности об условном разграничении пространств на Каспии, можно сделать вывод, что их факти­чески устраивает уже сложившейся режим с разделом его дна вдоль модифицированной срединной линии и совместное использование поверхности водоема для судоходства и рыбо­ловства.

Впрочем, отсутствие полной ясности и единства в позиции всех стран побережья мешает самим прикаспийским государ­ствам в разработке добычи нефти. А нефть для них имеет клю­чевое значение. В отношении их запасов в Каспийском море однозначных данных нет. По данным Агентства энергетической информации США 2003 г., Каспий занимал второе место по за­пасам нефти и третье — по запасам газа. Данные Российской стороны иные: они говорят об искусственном завышении за­падными экспертами энергетических ресурсов Каспийского моря. Расхождения в оценках обусловлены политическими и экономическими интересами региональных и внешних игро­ков. Фактором искажения данных стало геополитическое зна­чение региона, с которым связаны внешнеполитические планы США и ЕС. Збигнев Бжезинский еще в 1997 г. высказал мнение о том, что этот регион является «Евразийскими Балканами».

1 не понравился
29 понравился пост
 
Незарегистрированные посетители не могут оценивать посты
 
 
 
 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Информация

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Оставлять свои CRAZY комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Пожалуйста пройдите простую процедуру регистрации или авторизируйтесь под своим логином. Также вы можете войти на сайт, используя существующий профиль в социальных сетях (Вконтакте, Одноклассники, Facebook, Twitter и другие)

 
 
 
 
 
Наверх