«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Автор:
Слепой Пью
Печать
дата:
19 февраля 2016 12:00
Просмотров:
1162
Комментариев:
2
«И первый маршал в бой нас поведёт!»


Несмотря на явные достоинства (сильное артиллерийское вооружение, развитые средства автоматизации управления огнём, мощная энергетическая установка, высокая скорость и т. д.), в условиях Великой Отечественной войны крейсер «Ворошилов» оказался невостребованным для защиты конвоев и уничтожения транспортов противника, а потому использовался для выполнения непрофильных задач.

Крейсеры «Киров» и «Ворошилов», пополнившие состав советского ВМФ накануне Великой Отечественной войны, принадлежат к проекту 26, ведущему свою историю от крейсера «Раймондо Монтекукколи», комплект чертежей которого был передан итальянской фирмой «Ансальдо». По сложившейся в СССР практике, полученную документацию переработали советские инженеры.

«Ворошилов» был заложен 15 октября 1935 года на заводе №198 им. Андре Марти в Николаеве. В отличие от крейсера «Киров», при строительстве «Ворошилова» использовались только отечественные комплектующие, что привело к многочисленным задержкам в работе – заводы срывали сроки поставок, а их продукция часто не соответствовала требованиям проекта.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Крейсер «Ворошилов» в походе


Технические характеристики


Каждый из крейсеров имел клёпанный корпус с полубаком, транцевой кормой, двумя палубами (верхняя и нижняя) и двумя платформами. В горизонтальной плоскости корпус разделялся на 19 водонепроницаемых отсеков. Таким образом, конструкция корабля обеспечивала сохранение плавучести при затоплении трёх любых отсеков.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

* – здесь и далее кроме отдельно оговорённых случаев технические
характеристики приводятся по книге А. Чернышёва и К. Кулагиной
«Советские крейсера Великой Отечественной».


Вооружение


Оружие «Ворошилова» было стандартным для крейсеров «вашингтонского типа»: артиллерия главного калибра, состоявшая из девяти 180-мм орудий; универсальная артиллерия, состоявшая из шести 100-мм орудий; зенитная артиллерия малого калибра; минно-торпедное и авиационное вооружение. Более подробные данные о вооружении корабля приведены в таблицах в конце статьи.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Команда крейсера «Ворошилов» отрабатывает действия по
тревоге. Вид на кормовую башню главного калибра


Энергетическая система


Крейсеры имели котлотурбинную двухвальную главную энергетическую установку, состоявшую из двух главных турбозубчатых агрегатов ТВ-7, изготавливавшихся в Харькове по лицензии компании «Ансальдо», и шести котлов системы Нормана. Суммарная мощность установки составляла 113 500 л. с. Скорость самого полного хода составляла 36 узлов, крейсерского хода – 25 узлов, экономичного хода и заднего хода – 18 узлов. Дальность плавания экономичной скоростью при полном запасе топлива составляла 3750 миль.

Бронирование


Главные механизмы, агрегаты и центральные посты управления артиллерией, энергоустановкой, штурманский пост, а также погреба боезапаса защищались 121-метровой цитаделью, которую образовывали 50-мм бортовой броневой пояс, траверзы и броневая (нижняя) палуба. Башни главного калибра защищались такой же бронёй, а 100-мм орудия – 8-мм щитами. Функции противоминной защиты выполняло двойное дно, а также продольные переборки около машинно-котельных отделений и другие бортовые отсеки, расположенные ниже ватерлинии.

Экипаж


Согласно про­екту, по штату мирного вре­мени экипаж состоял из 44 человек стар­ших и средних командиров (офи­церов), 124 младших командиров (старшин) и 566 краснофлотцев – всего 734 чело­века. Фактически же численность экипажа «Ворошилова» в 1944 году составляла 881 человек, из-за чего двухъярусные койки краснофлотцев в кубриках пришлось переделать в трёхъярусные.

Боевая служба


Корабль спустили на воду 28 июня 1937 года, а официально ввели в строй 20 июня 1940 года. Первым его командиром стал капитан 1-го ранга Ф. С. Марков. После ввода в строй «Ворошилов» прошёл интенсивную боевую подготовку, финалом которой стало его участие в совместных учениях Черноморского флота и войск Одесского военного округа 14–20 июня 1941 года.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Крейсер «Ворошилов» на якорной стоянке, 20 июня 1941 года


Набег на Констанцу


По состоянию на 22 июня 1941 года «Ворошилов» являлся флагманским кораблём Отряда лёгких сил (ОЛС) Черноморского флота под командованием контр-адмирала Т. А. Новикова. По официальной версии, основной задачей ОЛС являлось обеспечение морских перевозок и, в первую очередь, перевозки топлива, однако из-за «десантного психоза» первых дней войны, вызванного успешной высадкой немцев на остров Крит, задачи отряда скорректировали. Получив 22 июня донесение разведки о том, что в Констанце обнаружены десять немецких транспортов для высадки десанта в Крым, командование ЧФ спешно приступило к разработке набега на Констанцу. Основной целью операции являлись запасы топлива в порту.

Ход операции хорошо известен благодаря сохранившемуся «Отчёту о набеговой операции кораблей Отряда лёгких сил Черноморского флота на базу-порт Констанца в ночь с 25 на 26 июня 1941 года» от 11 августа 1942 года. По плану крейсер «Ворошилов» совместно с эсминцами «Смышлёный» и «Сообразительный» составлял отряд поддержки, предназначенный для защиты ударной группы из двух лидеров.

Поход отряда поддержки обернулся конфузом. Выйдя в море 25 июня в 22:41, «Ворошилов» уже к 2:30 потерял оба корабля сопровождения. Эсминец «Смышлёный», отставший от конвоя после затраливания на Инкерманском створе неизвестного предмета, заблудился, проскочив красный сектор Херсонского маяка, а «Сообразительный» попросту отстал от крейсера. Трудно понять логику действий адмирала Новикова по отрыву крейсера от эсминца «Сообразительный» в условиях, когда по его данным 24 июня на траверзе Шохе была обнаружена подводная лодка противника. Собственно, в бою крейсер не принял никакого участия. Несмотря на атаку советских кораблей, предпринятую румынскими миноносцами 26 июня в 5:14, «Ворошилов» вместе с догнавшим его «Сообразительным» продолжил маневрирование в полусотне миль от Констанцы. После получения в 6:45 приказа от командующего флотом корабли взяли курс на Севастополь, куда благополучно прибыли в тот же день.

После возвращения в Севастополь крейсер почти три месяца простоял там и лишь дважды выходил на рейд. В сентябре 1941 года «Ворошилов» решили задействовать в обстреле противника на подступах к Перекопскому перешейку.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Корабли Черноморского флота в походе. Ближний на фотографии
– крейсер «Ворошилов». 1942 год


Артобстрел 19 сентября 1941 года


В соответствии с задачей, поставленной Военным советом ЧФ, крейсер должен был в дневное время без прикрытия обстрелять скопления войск противника в Алексеевке, Хорлах и Скадовске. Приказ красноречиво говорит о том, что положение на перешейке сложилось крайне тяжёлое, и командование отправило новейший крейсер практически «на убой». В ходе обстрела, длившегося 1 час 20 минут, было израсходовано 148 180-мм снарядов, а его результатом якобы стали большие пожары. Официальные данные ставит под сомнение генерал Батов, который в своих мемуарах вовсе не упоминает об обстреле. 24–25 сентября крейсер в сопровождении эсминца «Смышлёный» перебазировался из Севастополя в Новороссийск.

Авианалёт на Новороссийск 2 ноября 1941 года


Нельзя сказать, что советское командование исключало возможность немецкого авианалёта на Новороссийск или что он стал неожиданностью для Черноморского флота. Первые самолёты были обнаружены над городом уже 23 июня, а 30 августа город и стоявший в порту крейсер «Красный Кавказ» бомбили три Ю-88. Крейсер «Ворошилов», стоявший в Новороссийске у Элеваторной пристани, стал целью немецкой авиации 2 ноября. В ходе атаки, начавшейся в 9:25, «Ворошилов» успешно атаковали три «юнкерса» – в крейсер попали две 250-кг бомбы, нанёсшие ему серьёзные повреждения. Повторная атака силами пяти самолётов началась в 11:53. В ходе отражения обеих атак зенитчики крейсера израсходовали сотни снарядов, однако данные о повреждённых или сбитых самолётах отсутствуют.

Взрыв первой бомбы, пробившей корабль насквозь и взорвавшейся в четырёх метрах ниже ватерлинии, привёл к затоплению артиллерийского погреба 3-й башни, минно-торпедных погребов, обоих коридоров гребных валов, 9-го кренового отсека, кладовой провизии, помещения кормовой рефрижераторной машины и коффердама. Взрыв второй бомбы в шкиперской кладовой стал причиной появления пробоины площадью 16–18 м2 и привёл к образованию поперечной трещины от борта до борта, а также повреждению рулевого управления и частичному затоплению рулевого отделения, кормового гиропоста, кормового машинного отделения и подбашенных отсеков.

Несмотря на столь серьёзные повреждения, корабль ещё «легко отделался». Во-первых, часть бомб пошла с перелётом. Во-вторых, пожар, начавшийся в погребе 3-й башни, потушила забортная вода. В-третьих, возникший крен на правый борт удалось локализовать и нивелировать принятием 220 т воды в дифферентные отсеки и бензохранилище. Вскоре командование начало операцию по переводу корабля в Поти на буксире крейсера «Красный Кавказ». К чести экипажа «Ворошилова» отметим, что к утру 4 ноября, несмотря на затопленное рулевое отделение, он восстановил ручное управление кораблём. Далее крейсер следовал своим ходом и в тот же день пришвартовался в Поти.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Крейсер «Ворошилов» в Батуми, 1942 год

Артиллерийская поддержка сухопутных войск


После ремонта на заводе №201 крейсер 18 марта 1942 года вернулся в строй и далее активно использовался для артиллерийской поддержки сухопутных войск.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»


Результат этих артобстрелов, вероятно, был невелик по сравнению с психологическим эффектом – повторявшиеся обстрелы из тяжёлых корабельных орудий нервировали противника, подрывая его веру в силу собственной авиации и флота, и поднимали дух советских войск.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Крейсер «Ворошилов» в Поти, 1942 год

Прорыв в Севастополь


В начале мая 1942 года советское командование получило достоверные сведения о подготовке немцами третьего штурма Севастополя и для переброски подкреплений в осаждённый город решило использовать боевые корабли, что, по сути, было единственной возможностью выполнить эту задачу в условиях господства противника в воздухе. Для переброски 9-й бригады морской пехоты задействовали крейсер «Ворошилов», а также эсминцы «Сообразительный» и «Свободный». В соответствии с планом корабли осуществляли обходной манёвр – выйдя 27 мая в 1:45 из Батуми, они следовали на запад южной частью моря, откуда поворачивали на север. Основная часть пути преодолевалась на высокой скорости (22–30 узла), и только при прохождении входного фарватера Севастополя она снижалась до 18 узлов. Этот сложный манёвр оказался результативным – немецкие самолёты-разведчики обнаружили конвой только около 19:00 и смогли организовать всего три безрезультатных авиаудара ограниченными силами. Со стороны заходящего солнца советский корабль атаковали три бомбардировщика, после чего в атаку пошли семь немецких самолётов-торпедоносцев.

Благодаря хорошей организации выгрузка заняла всего полтора часа. Однако на обратном пути советских моряков ждал неприятный «сюрприз». По воспоминаниям командира отряда адмирала Н. Е. Басистого, немецкое командование быстро извлекло урок из неудачной предыдущей атаки:

«И первый маршал в бой нас поведёт!»


От гибели корабль спасло мастерство капитана Маркова, который поворотом на контркурс уклонился от двух сброшенных торпед. Согласно отчётам, советские моряки сбили два Хе-111, причём один из них был уничтожен огнём орудий главного калибра. В этом бою крейсер был повреждён – вышла из строя одна из турбин высокого давления.

Рейд на Сулину


Трудно сказать, что заставило наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова принять 19 ноября 1942 года решение о подготовке нескольких групп кораблей для действий на морских коммуникациях противника у западного побережья Чёрного моря. Возможно, причину этого решения следует искать в давлении со стороны руководства страны («почему, когда вся страна воюет, флот отсиживается на базах?»), либо удачный прорыв «Ворошилова» в Севастополь заставил наркома усомниться в мощи немецкой авиации и её способности контролировать Черноморскую акваторию.

В рейде на румынский порт Сулина принимали участие два отряда кораблей. В состав первого отряда входили крейсер «Ворошилов», лидер «Харьков» и эсминец «Сообразительный». На первом этапе отряд должен был разрушить радиостанцию и маяк на острове Фидониси. На втором этапе крейсер в сопровождении эсминца должен был обстрелять порт Сулина, а лидер – произвести поиск плавсредств противника у румынского побережья и, если позволит обстановка, обстрелять порт Бургас. В задачу второго отряда (эсминцы «Беспощадный» и «Бойкий») входил поиск судов противника между мысами Калиакра и Шаблер, а затем обстрел порта Мангалия. Поставленные задачи не соответствовали ни количеству кораблей, ни уровню их боевой подготовки.

Атака обернулась провалом. На рассвете 1 декабря корабли приблизились к Фидониси и в 7:47 открыли огонь по маяку, повторив «цусимскую ошибку» – беспорядочные взрывы снарядов разных калибров практически исключали возможность корректировки огня. В результате разрушить маяк так и не удалось. Атаку прекратили после того, как сигнальщик «Ворошилова» принял низко погрузившуюся веху за перископ вражеской подводной лодки. В 8:05 «Сообразительный» подсёк правым параваном мину, о чём сразу же сообщили на крейсер. Ошибочно идентифицировав мину как одиночную, командующий эскадрой Л. А. Владимирский решил продолжать движение прежним курсом со скоростью хода 12 узлов – решение достаточно спорное, так как на малом ходу параваны не подсекали мины, а подтягивали их к бортам кораблей.

В 8:06 в параване «Ворошилова» по правому борту взорвалась мина, а в 8:07 последовал второй взрыв недалеко от левого борта. В результате взрывов крейсер получил серьёзные повреждения – через разошедшиеся швы обоих бортов вода затопила большую часть нефтяных цистерн и креновых отсеков, а также проникла в первый подбашенный и второй дифферентный отсеки. Кроме того, от сотрясения вышли из строя электротелеграфы, центральные автоматы стрельбы, стабилизированные посты наводки, освещение и телефонная связь, была повреждена кирпичная кладка у четырёх котлов. В 8:10 экипаж смог восстановить работу котлов, а приблизительно к 8:50 аварийные партии предотвратили распространение воды по кораблю и остановили её поступление из-за борта. Обстреляв на обратном пути гидросамолёт Хе-115, крейсер прибыл в Поти 2 декабря.

После прохождения ремонта на заводе №201 крейсер принял участие в своей последней боевой операции: 1 февраля 1943 года он обстрелял немецкие позиции северо-западнее Геленджика из орудий главного калибра.

После гибели 6 октября 1943 года от ударов немецкой авиации лидера «Харьков», а также эсминцев «Беспощадный» и «Способный» Ставка Верховного Главнокомандования запретила использование без её ведома эсминцев и более крупных кораблей на Чёрном море. Это и стало концом боевого пути «Ворошилова».

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Крейсеры «Ворошилов» и «Красный Кавказ» следуют
в кильватерном строю, 1944 год


Крейсеры «Молотов» и «Ворошилов» так и не стали гвардейскими, несмотря на мужество, проявленное их экипажами – Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1945 года «Ворошилов» был награждён лишь орденом Красного Знамени. Возможно, одной из причин этого послужила наметившаяся опала Молотова и Ворошилова. Имена и позднее сыграли злую шутку с крейсерами, заставляя авторов реже упоминать о них в своих работах или прибегать к «эзоповому языку». Так, в мемуарах заместителя командующего ЧФ М. Ф. Куманина «Отправляем в поход корабли» при описании событий 1942 года «Молотов» фигурирует как «крейсер «Слава», а «Ворошилов» – как «крейсер капитана Маркова».

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Крейсер «Ворошилов» в Южной бухте Севастополя, 1945 год


В 1946 году крейсер «Ворошилов» стал на ремонт. В дальнейшем корабль входил в 50-ю дивизию крейсеров ЧФ, в 1954 году прошёл капитальный ремонт и модернизацию, а в феврале 1956 года был выведен из боевого состава флота.

В дальнейшем крейсер (с 7 августа 1959 года – опытовое судно «ОС-24») использовался для испытаний новых видов ракетного оружия и стажировки офицеров. 6 октября 1972 года корабль переклассифицировали в плавказарму, 2 марта 1973 года – окончательно исключили из списков флота, а в 1975–76 годах разделали на лом.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Опытовое судно «ОС-24» в Севастополе


Крейсеры проекта 26 – важный, но весьма неоднозначный этап в истории советского кораблестроения. С одной стороны, они имели явные достоинства (сильное артиллерийское вооружение, развитые средства автоматизации управления огнём, мощная энергетическая установка, высокая скорость, эффективные средства борьбы за живучесть), хорошо проявили себя в годы Великой Отечественной войны, оказав неоценимую помощь сухопутным войскам, и послужили базой для послевоенного строительства крупных надводных кораблей. С другой стороны, крейсеры, строившиеся для классических морских боёв, не сделали ни одного выстрела по морским целям, для борьбы с которыми создавались.

«И первый маршал в бой нас поведёт!»

Крейсер «Ворошилов» на разборке в Инкермане, 1975–76 годы

1 не понравился
22 понравился пост
 
Незарегистрированные посетители не могут оценивать посты
 
 
 
 

 
 
 
 

Комментарии

 
 

 
 
 
woennyi
Дата:
(19 февраля 2016 13:40)
#1
В общем не чем особенным себя не проявил, как и маршал, в честь которого назван.
Томск [ссылка]
4 / 1
 
 
 
 
 
 
Sender
Дата:
(19 февраля 2016 16:11)
#2
Тяжёлые крейсера и линкоры во внутренних морях становились обузой и помехой, те же карманные линкоры кригсмарине особо ни чем ни отличились.
 
Никогда не поздно встать на путь воина.
Новосибирск [ссылка]
4 / 2
 
 
 

 
 
 
 
 
 
 
 

Информация

 
 
 
 
 
 
 
 
 

Оставлять свои CRAZY комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Пожалуйста пройдите простую процедуру регистрации или авторизируйтесь под своим логином. Также вы можете войти на сайт, используя существующий профиль в социальных сетях (Вконтакте, Одноклассники, Facebook, Twitter и другие)

 
 
 
 
 
Наверх